Анна Бражкина (anna_brazhkina) wrote in rostov_80_90,
Анна Бражкина
anna_brazhkina
rostov_80_90

Categories:

Ростов, THE BEST. Сергей Кошкин

Пытаюсь приблизить ленту сообщества к интерактивному СМИ, развивающемуся по неким правилам.
Знаете, что самое главное в любом СМИ? Регулярность выхода и понятная структура.
Пусть воскресенье у нас будут днем постов с выдающимися литературными произведениями ростовских авторов.
Прошу вас готовить к воскресным публикациям то, что вам кажется выдающимся. Объяснений почему вы выбрали именно это, не прошу, понимая, что для большинства из нас это непосильная задача. Но прошу давать короткую биографическую справку об авторе, а если есть фото - то помещать и фото.
Сегодня представляю рассказ Сергея Кошкина, которого считаю одним из лучших современных ростовских авторов вообще. Этот рассказ не сильно отличается от других рассказов Сергея. Вообще он довольно ровный автор-стилист.
Кошкин родился в 1974 в Новочеркасске. В 1991 году в городе Шахты окончил среднюю школу. С 1992 живет в городе Ростове-на-Дону.
Как давно пишет - не знаю. Учился на философском факультете РГУ, отделение социологии, одновременно с с Денисом Третьяковым. Мне кажется, Кошкин и Третьяков составляют некую литературную группу, хотя отношений сотрудничества в рамках единого эстетического направления они никогда, кажется, не манифестировали.
Где работает Сергей - тоже не знаю, но, похоже, что в середине 2000-х работал в каком-то ростовском программерском офисе.
Первые, опубликованные им самим в "Самиздате" тексты (рассказы), относятся к 2001. В Ростове Сергей известен также как рок-журналист и культуртрегер, пардон. Именно он, например, привозил как-то в Ростов писателя-блоггера Дмитрия Горчева.
Почитать Сергея Анатольевича Кошкина побольше можно тут.

Сергей Кошкин.
Мой персональный путч

Из сборника рассказов "В стороне от дороги - там, где нет ничего (2002-2005)

Попытку государственного переворота я встретил в колхозе. Колхозы я ненавидел с детства. В третьем классе, на уборке помидоров, во время "помидорного обстрела" врагов из параллельного класса, один из вражеских снарядов угодил мне в прямо глаз. В шестом классе, по пути из колхоза домой, я метнул свёклу из окна автобуса в грузовик и разбил лобовое стекло: родителям пришлось платить. В девятом классе, увиливая от уборки кабачков, повалявшись с минуту в стогу, я несколько дней подряд мучился аллергией.



Тогда, спустя два дня после зачисления в институт, меня откомандировали в мой очередной колхоз. Я отказывался до последнего. Жаловался на аллергию, пневмонию и инфаркт миокарда. Предлагал свои услуги в качестве рабочего-подсобника в ремонте институтских помещений. Врал, что умею штукатурить и класть кирпич. Угрожал самоубийством. Не помогло. Нервы толстой тётки из деканата оказались крепче моих.

Мои одногруппники уже несколько дней были там. Споры с деканатской тёткой привели к тому, что мне пришлось добираться до колхоза своим ходом. Я доехал на "ракете" до города Семикаракоры. Купил бутылку вина. Выпил. И решил, вместо работы в полях, проситься на консервный завод.

На завод меня взяли. Грузчиком. На следующий день я спьяну въехал на электрокаре в огромную гору трёхлитровых банок. Материальный ущерб исчислялся сотнями рублей. Пришлось скрываться в полях.

Лагерь - десяток бараков - находился от города километрах в пятнадцати. Моими соседями по комнате оказались трое парней с "горного", один системотехник и двое, как и я, "химиков". Химики были дагестанцами. Один из них говорил по-русски четыре слова: "да", "нет", "хуй" и "блядь". Узость речевого запаса с лихвой компенсировалась громким смехом и раскатистым храпом.

Мне сразу же рассказали о "местных, которые пиздят всех подряд". После того, как я достал из рюкзака и положил под подушку топор, соседи начали смотреть на меня примерно так же, как до этого смотрели на "местных".
"Местных" а увидел тем же вечером. Какие-то придурки на разбитых в дрова мотоциклах тёрлись у столовой, что-то кричали, курили "Приму" и пялились на задницы наших сестёр по труду.
Я научил соседей играть в расписной покер. Собственно, это был не покер, а хрен знает что. Теперь вместо дискотеки мы просиживали вечера за картами. Дагестанец оказался весьма талантливым и однажды нагрел меня на восемь рублей.
Где-то через неделю, в наш барак пришел "местный". Колхозник лет семнадцати, небритый, в засаленной рубашке и в каком-то подобии брюк. Мы сидели за картами, он вошел в барак, подумал о чём-то своём с полминуты и произнёс:
- Я - Кабан!
Вот так вот, блядь. Я предложил:
- Ты в покер играть будешь, Кабан?
Пятнадцати минут хватило на объяснение правил. Ещё через час Кабан лишился пачки "Примы" и коробка спичек.

Кабан стал нашим ежевечерним гостем. Сначала мы давали ему немного выигрывать. Затем, за что-то на него разозлившись, я выиграл у Кабана его мотоцикл: "Восход" со спиленной наполовину выхлопной трубой.
Отныне Кабан был моим должником. Я сходил в город Семикаракоры, купил цепь и устрашающего вида амбарный замок. Затем приковал мотоцикл к дереву рядом с бараком.
Кабан страдал. Он вынужден был добираться в наш лагерь пешком. Он худел, злился и проигрывал с каждым днём всё больше. Он приносил самогон, бутылкой которого можно было бы намертво отравить слона, и сам же его выпивал. Ежедневно Кабан заблевывал крыльцо барака и зарубался в бурьяне. Каждое утро я заставлял Кабана отмывать блевотину. Кабан послушно отмывал.

Я научил соседей курить траву. В отсутствии травы, которую можно было бы курить, я научил соседей варить "молоко" с помощью кипятильника. Отчего-то это лучше всего удавалось у системотехника. Напившись раствора, мы забирались на крышу барака и горланили песни. Снизу на нас взирал несчастный Кабан.
Дагестанец выучил ещё с десяток слов. Отныне он довольно внятно произносил слова "жопа", "карты играть давай" и "какой в пизду футбол". Откуда взялось последнее, про футбол, я до сих пор не могу понять. Наверное, от Кабана поднабрался... Кроме этого, он научился связывать слова в предложения вроде "какой-в-пизду-футбол-карты-играть-давай" или "Кабан-жопа-блядь". Последнее было порицанием Кабану за облеванное крыльцо барака.

Выезжать в поля я перестал. Коноплю собирал в ближайшей лесополосе. Был одержим мыслью угнать комбайн, въехать на нём на территорию консервной фабрики и перемолоть в фарш моего бывшего бригадира.
Однажды с похмелья я решил покататься на мотоцикле. Отцепил его от дерева, завёл, проехал пятьдесят метров и рухнул вместе с мотоциклом в оросительный канал. Вместо воды в канале стыла грязь. К небу тянулись чахлые пучки камыша. Теперь из грязи, словно рога утопающего в болоте оленя, торчал мотоциклетный руль... Я выматерился, помылся и завалился спать.
Вечером, как всегда, появился Кабан. Не увидев рядом с деревом своего мотоцикла, заметно занервничал.
Я произнёс речь:
- Короче, Кабан, хороший ты человек, хоть и деревенский. В общем, отдаю я тебе твоего рогатого... Там он, в канаве. Помогать доставать и не проси даже. И в карты больше не играй.
На следующий день довольный Кабан привёз мне трёхлитровый баллон самогона. Вручив мне отраву, долго наворачивал круги вокруг лагеря. От рёва двигателя можно было оглохнуть.

И тут настал Путч. Нас собрали в столовой и объявили, что согласно решению партии и правительства мы будем работать в колхозе до середины сентября. Несогласным пригрозили отчислением.
Конец того августа выдался холодным. Шли дожди. В лесополосе конопли почти не осталось. Комбайны куда-то подевались. Кабан собирался в армию, пил запоем и в лагере почти не появлялся. Дагестанец выучил ещё полсотни слов. Системотехнику вырезали аппендицит и освободили от работ. По вечерам на крышу лезть уже не хотелось; хотелось закутаться в одеяло, блинов, телевизора и хорошей водки.
Я решил: будь что будет. Сразу после собрания я запихнул в рюкзак вещи и покинул лагерь раз и навсегда. Топор подарил дагестанцу.
Домой я добирался три дня. К этому времени, путч был подавлен. Я даже не успел понять, хорошо это или плохо. Помню, что меня мало интересовала политика. Я был уверен: состояние дел таково, что всё плохо в принципе. Так было и будет всегда. Собственно, я до сих пор так считаю.
Tags: 1991, Кошкин Сергей, авторские тексты, литература, лучшее
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 73 comments